Яффо. Холодно, ветер. Очень холодно. Ветер такой, что слегка позванивают колокола в звонице церкви Святого Петра. Но я не колокол, я не железный. Поэтому… Очень холодно.
Подхожу к Акиве — владельцу киоска на площади Кдумим.
— Эспрессо — говорю.
— Эспрессо — раздается рядом низкий женский голос, практически в унисон со мной.
Акива, он уже давно в Яффо, лет 28. Он много видел, ничему не удивляется, лишних вопросов не задает. Через минуту ставит на каменную плиту прилавка две чашечки кофе. Улыбка уголками губ, проницательный взгляд на нее, на меня.
Но холодно, Акива, очень холодно. И я, втянув дым ее сигареты, иду со своей чашечкой эспрессо к угловому столику. Иду, глядя себе под ноги, голову вверх, навстречу холодному воздуху поднимать не хочется. Ветер такой, что брызги волн долетают до самого верха.
Когда я опускаю руку на спинку стула, чтобы отодвинуть его и сесть, вижу что и на соседний стул опускается рука. Женская. Голову полнимать не хочется, но запах сигарет.. И она садится рядом, ставит свою чашку, обнимая ее озябшими ладонями. Я поднимаю глаза. Блондинка, русская, не здешняя. Стройная, симпатичная, одета со вкусом, но явно не по погоде. Чашку держит двумя пальцами, но не отодвигает мизинец в сторону, как это делают выпускники курсов хороших манер. Тонкая сигарета между губ, выглядит слегка эротично, но лишь слегка.
Я закурил свою трубку. Честно?? Даже не потому, что хотелось курить. Сам не знаю — или потому, что холодно, или потому, что хотелось… обратить ее внимание на себя. Ну, это наши мужские комплексы.
А она смотрела на вздыбающееся море, подставив ветру свое лицо.
Кофе кончился. В чашке пусто. Сразу холодно рукам. Иду к Акиве и приношу две большие чашки кипятка — одну себе, вторую — ей.
Еще до того, как она успевает спросить, говорю ей, что это не для питья, а просто погреть ладони.
Она смеется, смеется по-детски, нивно и откровенно.
— Вы смогли меня удивить, — теперь уже она изучающе смотрит на меня, — я не первый раз в Израиле, но Вы первый, кто просидел рядом молча целых пять минут и смогли поразить меня одним стаканом кипятка.
Дальше был разговор… О том, о сем. О том, сколько солнца в нашей стране, какие тут люди. Разные люди. О том, что там, в далекой Москве, сидя у замерзшего окна на кухне, она мечтает о чашечке эспрессо с видом на Средиземное море. Что прилетает сюда иногда просто на пару дней, "выпить кофе".
Короче, разговор был о кофе. Coffee connecting people
Некстати зазвонил телефон. "Кто говорит? Слон!" — я же, все-таки, на работе. Пока говорил, глазами просил ее извинить, подождать… Но она умнее, прагматичнее. Встала, улыбнувшись, махнула рукой, достала из кармана красивые кожанные перчатки и убежала, звонко цокая каблучками по каменным плитам ступеней Старого Яффо.
Акива принес еще одну чашку эспрессо, сел, молча глядя ей вслед. "Зато согрелся" — рассмеялся он в ответ на мой немой вопрос.
Неисповедимы пути… Я даже не спросил, как ее зовут. Хотя очень хочется верить, что где-то на далекой московской кухне, кто-то сейчас смотрит в замерзшее окно и вспоминает кофе в Яффо, брызги моря и запах табака моей трубки.
Я живу в Тель-Авиве! 