В начале декабря 1980-го года я как раз закончил учебку(1).  И в качестве выпускных экзаменов нас послали на какие-то учения в какую-то Тмутаракань, где-то в Карелии.  Все что я помню из природы — болота и комары размером с голубей.
В один из вечеров я по какому-то делу зашел в командирский кунг(2). Зашел — слишком…  интеллигентно сказано. Я в него влетел, потому, что на улице стаи комаров выбирали ужин. И, войдя и закрыв за собой дверь, я слегка ошалел — из громкоговорителя радиостанции, сковзь шумы и свисты пели "Битлз". (далее…)

«Из старых записок»

            Не раз меня спрашивали, откуда я «беру» все эти истории, которые рассказываю на своих экскурсиях и на страницах своего сайта.  Ответ на этот вопрос достаточно простой – старики.  Да, да, именно старики, пенсионеры, это огромный архив информации о том, как «было раньше». В нашей стране хорошая медицина, а, может быть, это климат, или окружение…  я не знаю точно, но продолжительность жизни радует. И встреча на улицах Тель-Авива с 90-летним стариком, находящимся в здравом уме и твердой памяти, не такая уж и редкость. Просто нужно проявить к ним интерес и уважение, и они расскажут вам такое, что ни в одной книге не написано. А дальше – дело техники. (далее…)

      Я, конечно, мог бы просто пожелать всем доброй записи в Книге Жизни, как это и принято у евреев.  Но тогда это был бы не я. А вот рассказать историю, которая связана с Судным днем, с этим самым необычным днем в еврейском календаре – вот это как раз по мне.
      Много лет я проработал на улице Алленби, рядом с бульваром Ротшильд.  Работа у меня была посменная, утренняя смена начиналась в 7 утра, вечерняя – в час дня. На работу я чаще всего ездил на автобусе, из-за отсутствия бесплатной стоянки. Иногда, когда автобус приезжал слишком рано, я выходил возле площади имени Рабина и дальше шел пешком.
      Шел я вдоль улицы Малкей Исраэль, (далее…)

Во время своей первой командировки в Рим (лет 12 назад), после посещения музеев Ватикана, я случайно попал в папское почтовое отделение. И тут мне в голову пришла озорная мысль. Я подошел к окошку, купил открытки и марки и попросил поставить печать Ватикана. На одной открытке я написал свой домашний адрес и поле текста большими буквами на иврите написал: עם ישראל חי — народ Израиля жив — и пририсовал Звезду Давида, как смог!
Поморгав и икнув, после прочтения адреса на откртке, монах, который стоял в окошке, спросил меня — что я написал на открытке? Я объяснил… Монах, улыбнувшись, показал мою открытку своим коллегам. И один из них, самы пожилой, подошел к окошку, и, взглянув на меня, сказал: "Per molti anni" (На долгие года, стал.) Эта открытка до сих пор хранится у меня дома, хотя вторая такая же так и не дошла.
Сегодня, за несколько часов до наступления Нового еврейского Года я хочу пожелать всем "per molti anni" — на долгие года… Счастья, здоровья, любви и исполнения желаний. Пусть будет новый год не хуже старого, пусть принесет он приятные новости… приятные события. И "per molti anni" всем нам.
PS: Новый год начинается приятно — после тихого снижения цен на бензин, снижен налог на алкоголь….

тьма египетская иракская

За свою "израильскую" трудовую деятельность, мне пришлось сменить несколько фирм. В одной из них работал очень странный бухгалтер. Был он человеком очень тихим, скромным и неразговорчивым. Возраст? Он всегда выглядел как-то неопределенно. Настолько неопределенно, что ему с одинаковым успехом можно было дать и 30 и 50. На редких собраниях нашей фирмы он тихо садился в угол и что-то писал.
Никто не знал — есть ли у него семья, у него не было друзей, он даже обедал всегда сам. Никогда не ходил ни на какие корпоративы и тд. Но, при всех этих странностях, он прекрасным специалистом в своем деле и начальство закрывало глаза на его маленькие странности.
В один из дней он неожиданно не вышел на работу. Это было очень неожиданно, потому, что никто не помнил, чтобы он болел.
На третий день выяснилось, что он умер. Тихо умер в своей холостяцкой квартире. Просто умер…
Через месяц фирма наняла нового бухгалтера. Им оказалась милая женщина средних лет. Разбирая оставшиеся от предшественника бумаги, она нашла кучу одинаковых блокнотов. Обычные блокноты с белыми листами для рисования. Все они были изрисованы. На всех рисунках — портрет одной и той же женщины. Молодой программистки. Пожалуй, самой красивой девушки в фирме. Одинокой, незамужней. Сотни портретов… Очень красивых портретов, наполненных любовью.
— а он со мной ни разу не заговорил, — сказала она, заливаясь слезами, когда ей принесли эти блокноты.

"Добрым словом и револьвером вы можете добиться большего, чем одним только добрым словом." Эту фразу приписывают и полковнику Кольту и гангстеру Аль Капоне. Но на самом деле ее автор — американский комик Ирвин Кори. И именно потому, что ее автор — комик, смысл совершенно меняется.
В последнее время все чаще на страницах "тырнета" мне попадаются разговоры, рассуждения о том, что доброта — это плохо. Милосердие — это признак слабости. Жалость — это трусость. Люди становятся более жестокими? "Все украинцы — антисемиты!" "Все русские — антиукраинисты!" Всех убить, посадить, закопать.
Откуда такая жестокость? На экранах кино и ТВ я еще могу понять — там за нее платят. Но откуда жестокость у обычных обывателей? Откуда призывы "убить" у людей, которые оружие видели только в кино? Почему вы считаете, что быть добрым, милосердным, это значит быть слабым?
Я — за доброе слово! Причем, в отличии от многих, к моему огромному сожалению, мне приходилось в моей жизни прибегать к убеждению оппонентов с помощью оружия. И я вовсе этим не горжусь.
Я — за то, чтобы отпустить тысячу "плохих", чтобы спасти жизнь одному"хорошему". И пусть этот "хороший" и не заслужил это, но его мама заслужила увидеть сына живым.
Я — за то, чтобы НЕ наказать десять виноватых, вместо ошибочного наказания одного НЕВИННОГО.
Я за доброту и милосердие.
"И милость к падшим призывал." — эта цитата мне нравится больше, чем первая!!!!