33 года – знаковая цифра. 33 года сидел на печи русский парень Илюша из города Мурома, 33 года прожил еврейский парень Иешуа из Назарета. 33 года прожили вместе старик со старухою, пока не поймал он золотую рыбку…
33 года простояла у старого здания тель-авивского муниципалитета мозаика-фонтан Нахума Гутмана «Рождение Тель-Авива».  Стояла себе, водой брызгала, и вдруг исчезла.  Исчезла, чтобы после долгих перипетий и хитросплетений обстоятельств и решений,  снова появиться, но уже на новом месте – на бульваре Ротшильда. Зажатая между скребущими песчаные тучи высотками, она стоит сегодня там, в небольшом закутке, между домом 1 и 5 на самом первом бульваре города, где когда-то стоял дом тель-авивской художницы Ционы Таджер. То есть, фактически, бульвар Ротшильда начинается с мозаики Гутмана. (далее…)

Недавно случилось мне сидеть в одном тель-авивском кафе. На самом деле, это случается у меня очень часто — я люблю кофе и люблю сидеть в кафе. Такое у меня наблюдение по жизни: кафе это экстракт города (или городского района). Но не об этом речь…
Сидел я в кафе, что-то себе в тетрадке писал и за людьми вокруг наблюдал. И обратил внимание на пожилого человека, который сидел через два столика от меня. Он тоже писал. Перед ним на столе лежала стопка белых листов, и он тщательно, не спеша, что-то на них писал. Когда лист заканчивался, он переворачивал его и продолжал на второй стороне. Я стал присматриваться. Мне удалось понять, что мужчина ( а на вид ему было лет 75-80) пишет в столбик какие-то слова. Иногда он замирал на несколько секунд, словно вспоминая какое-то слово. Потом на его лице возникала тень улыбки и он записывал слово. Вспомнил. Иногда улыбки не возникало и по движению его руки я видел, что он делает линию или прочерк. (далее…)