Метка: история Израиля

  • Хирургическая операция в Иерусалиме.

    Часть 1. И было время

    Нож хирурга и нож воина –

    Железо одно, а цель разная!

            При рассказе любой истории первый вопрос, который возникает у рассказчика – откуда начинать? История государства Израиль? «Авраам родил Ицхака, Ицхак родил Якова…».

            Вот и эту историю я хочу начать издалека, хотя и не от Авраама. Имя достопочтенного Салах Ад-Дина знакомо практически всем. Во всяком случае здесь, на Ближнем Востоке этого великого полководца помнят все, хотя не все знают его настоящее имя — Аль-Ма́лик ан-На́сир Сала́х ад-Дунийа́ ва-д-Дин Абу́ль-Муза́ффар Ю́суф ибн Айю́б ибн Ша́ди аль-Курди́ — так звучит его полное имя. Нам он известен как Саладин или Салах ад-Дин, но это вовсе не его имя, а лишь один из его титулов. Точнее, это «лакаб» — почетное прозвище и переводится оно как «благочестие веры». А вот имя у него очень скромное — Юсуф ибн Айюб, Юсуф, сын Аюба.

            И был этот Юсуф, сын Аюба, великим воином. Во многих битвах он сам шел впереди своего войска. И, конечно, не однажды был ранен в этих битвах. А битв, как и ранений, он прошел великое множество. И был у него личный врач и звали его…» хирург»! (нет это не известный байкер в кожаной тужурке). «Хирург», или на арабском – «джаррах». Князь Хуссам ад-Дин аль-Джаррахи был личным врачом и близким другом великого Саладина. За свои врачебные успехи он и был удостоен титула «амир» (князь на арабском или повелитель. От слова «амир» происходит и слово «адмирал» — амир ад бахр – повелитель моря).

    (далее…)

  • Национальный спорт Израиля

    Национальный спорт Израиля.

    0 Comments

    Страна наша вступает в тяжелый период.  Но судьба у Израиля такая – попадать в тяжелые ситуации и с гордостью их преодолевать. Коронованный вирус «шагает» по стране, количество инфицированных растет, в магазинах исчезло мыло для рук, маски для лица, а сегодня в Суперфарме видел, как молодой мужчина покупал презервативы. Пачек 20.  Если это не какой-то необычный костюм на Пурим, остается позавидовать его карантину.

    По продовольственными магазинам ходят растерянные люди и спрашивают друг друга – что еще закупить, кроме туалетной бумаги. На нее тоже спрос повышен – людям страшно.

    Но такая ситуация в Израиле уже была. В начале 50-х תקופת הצנע — — период жесткой экономии, «эпоха аскетизма» (צנע – аскетизм, иврит).  Страна была на грани продовольственной катастрофы – катастрофически не хватало еды.  Были введены талоны на самые необходимые продукты – молоко, яйца, масло, сахар. В страну прибывали новые репатрианты, а их нечем было кормить.  И это в Израиле – еврейском государстве, где еда была важнее всего. Только что окончилась война, не хватало оружия, жилья, и, прежде всего – продовольствия. И методы борьбы с голодом выбирались самые разные, порой – весьма экстравагантные. Цель некоторых из них заключалась в одном: показать стране, что голод не может сломать людей.

    calalatstartmedina_6_c

    посуды много, но она пустая

    В 1951-м году в Петах-Тикве прошел чемпионат страны по футболу, спонсором которого были несколько тель-авивских ресторанов. Никаких призов и медалей на том чемпионате не раздавали, но каждый футболист, забивший гол, получал… говяжий стейк.

    Israel_Austerity

    очередь за едой

    Весной 1952-го года Хецкель Иш-Касит провел в своем легендарном ресторане «Касит» показ мод. Подиумом послужил тротуар улицы Дизенгоф.

    Но самое необычное событие «эпохи аскетизма» прошло 19-го ноября 1953-го года в тель-авивском кафе «Кинерет» на улице Алленби 13.

    49 котлет, 7 тарелок супа, 7 мисок спагетти, 7 порций сладкого болгарского перца, фаршированного рисом, 7 целых головок варенной цветной капусты, 7 кастрюль овощного гуляша, 7 порций варенной картошки, 7 мисок тонкой вермишели… В 1953-м году все стоило целого состояния. Тем не менее, компания «Этот мир» (העולם הזה), которая занималась созданием новостных и развлекательных передач на радио, получив специальное разрешение от генерального инспектора по продовольственным вопросам, решила провести небывалое мероприятие. Соревнование едоков Израиля! То есть соревнование – кто больше съест!

    Конечно же, подобное соревнование было лишено всяческого идеологического или воспитательного смысла. Какие цели преследовали организаторы? Прежде всего – хоть немного отвлечь народ от проблем, и, конечно же, показать миру – «у нас не все так плохо».

    Генеральный инспектор по продовольственным вопросам лично присутствовал на этом соревновании. Продукты тоже были выделены им, и доставлены на кухню кафе «Кинерет» под охраной полицейских.

    Если вы еще раз внимательно прочтете список продуктов, то обратите внимание на то, что гуляш – овощной, картошка и цветная капуста варились в собственном соку, спагетти и вермишель подавались просто отварными, а перцы фаршировались обычным рисом. Мясо было только в котлетах, да и то – вперемешку с хлебом. В качестве напитков предлагалась вода, хотя финалистам соревнования по инициативе владельцев кафе было предложено красное вино.

    Flickr_-_Government_Press_Office_(GPO)_-_THE_POPULAR_SATIRICAL_REVUE_LI_LA_LO

    На самом деле подобные соревнования уже проводились в Израиле и даже до его создания. Были соревнования на самого «всепоедающего» в лагерях ПАЛЬМАХа, соревнования на скорость поедания банки тушенки проходили на военных базах, были и другие – кто съест больше фалафеля и тд. Но впервые в стране проходили публичные соревнования, которые широко освещались прессой, а в организации принимали участие и правительственные органы (без которых невозможно было получить такое количество продовольствия).

    В этом необычном соревновании приняли участие семь «едоков».  Безработный водитель из Гиватаима, 22-летний Авраам Раппопорт, Хаим Якоби – 22-летний служащий Налогового управления из Тель-Авива, Авраам Кастиель – сын владельца небольшой бисквитной фабрики, которому было 24 года, Итамар Розенталь, 27-летний студент из Тель-Авива, Пинхас Штейнглауф, 29-ти летний инспектор таможни из Лода, Исраель Штайлерман, 22-летний механик из известного тель-авивского гаража «Крейзер-Фрейзер», и единственная девушка, принявшая участие в соревновании – 19-летняя Кохава Беналиель, воспитательница детского сада из Хайфы.

    .jpg

    Кохава Беналиель

    הפיינליסטים בגמר התחרות. מימין- איתמר רוזנטול הרעב. משמאל- אברהם רפפורט המותש

    Справа — Итамар Розенталь, слева — Авраам Раппопорт

    За исключением Авраама Раппопорта и Итамара Розенталя, все участники соревнования работали, и работали на довольно «сытных» местах. Друзья Авраама Кастиеля рассказывали, что, готовясь к соревнованиям, он в течение недели в огромном количестве поедал продукцию отцовской фабрики. Кохава говорила, что уже несколько раз принимала участие в подобных конкурсах. Лишь студент Итамар Розенталь объяснял участие в соревновании научным интересом, ссылаясь на проводимые им исследования. «Я расскажу подробности после соревнования», — говорил Итамар, но так ничего и не рассказал.

    В четверг, 19-го ноября 1953-го года за два часа до начала соревнования участники собрались в кафе. У каждого был медицинский документ, подтверждавший состояние здоровья. Специально приглашенный доктор еще раз обследовал каждого из них и дал разрешение на участие.

    За час до начала в кафе начали собираться фотографы и даже кинооператоры, чтобы увековечить событие. «Первый раз за 2000 лет» — гласил плакат, вывешенный на окнах кафе. Начали подтягиваться зеваки – две тысячи – не две тысячи, но Тель-Авив подобного еще не видел. В совсем небольшом зале кафе «Кинерет» становилось тесно, тем более что большую часть зала занимали столы, подготовленные для участников.

    1

    Все было организовано по правилам боксерских турниров. У каждого участника была команда помощников, в зале присутствовал врач и, даже, был приглашен комментатор. Лучший комментатор боксерских турниров Израиля – Исраэль Голдстоун. Даже призы были похожими на боксерские. Победитель должен был получить большую бронзовую тарелку, на которой было написано: «Чемпион едоков Израиля 1953-го года», за второе и третье место были обещаны бронзовые тарелки поменьше. Оставшиеся участники должны были получить в виде утешительных призов целлулоидные фигурки толстячков.

    Были введены и правила соревнования, совсем как в боксе. В соревновании могли принять участие как мужчины, так и женщины, в возрасте от 20 до 36 лет (для Кохавы сделали исключение ввиду довольно крепкого телосложения), под их личную ответственность, о чем каждый должен был подписать соответствующий документ.

    Каждый участник должен был начать соревнование с поедания тарелки супа, затем переходить от порции к порции, заедая их питами (хлебными лепешками), пять штук которых были «обязательной порцией» для поедания. За каждую питу сверх этих пяти засчитывались дополнительные баллы. Меню соревнования держалось в секрете, участники лишь знали, что среди подаваемых блюд не будет очень острых, или наоборот – очень сладких. Все блюда должны были быть обычными блюдами, подаваемыми в обычных ресторанах и кафе.

    Победителем мог стать тот, кто съест большее количество порций в течение часа. При этом скорость поедания не была важна, только количество съеденного.

    image-5e119e932c0e1

    И вот настало время «турнира». Шломо Адир, владелец «Кинерета», пригласил участников занять свои места. Усевшись, они подняли ложки вверх, словно фехтовальщики, поднимающие свои шпаги перед началом поединка. В последний раз прозвучали условия соревнования, и перед участниками поставили тарелки с супом.

    Гонга не было. Поэтому, передав бразды правления соревнованием Исраэлю Голдстоуну, Шломо просто хлопнул в ладоши. И замелькали ложки…

    С криками «זללנים קדימה» — «обжоры – вперед» публика начала хлопать в ладоши. Уже с первых минут выявились претенденты на победу – Кохава Беналиель и Итамар Розенталь. В то время, как остальные участники мелькали ложками и торопились проглотить суп побыстрее, Итамар ел неспешно, размеренно, словно обедал у себя дома. Кохава избрала другую технику – она наклонилась очень низко над тарелкой и тем самым значительно сократила путь ложки, практически «забрасывая» суп прямо в свой рот. Казалось, этих двух участников абсолютно не беспокоит наличие еще пятерых конкурентов и многочисленных зрителей.

    После супа последовал гуляш. И здесь лидировали те же двое. Но вот после гуляша подали спагетти и тут случилось неожиданное. Оказывается, Кохава Беналиель, новая репатриантка, совсем недавно приехавшая из Алжира, никогда в жизни не видела спагетти. И она отказалась есть непонятную ей еду, понимая, что будет наказана штрафными балами. После фаршированных перцев последовал перерыв – соревнование шло уже полчаса, и перерыв требовался в том числе и для того, чтобы многочисленные фото- и кинооператоры могли заснять участников для рекламы и новостей. Участникам было разрешено встать, но покидать зал они не имели права.

    Когда закончился перерыв, Кохава подошла к организаторам и сообщила, что выбывает из соревнования. Это было неожиданно, тем более что ради нее сделали исключение из правил о возрасте участников.  Позже она объяснила, что испугалась, что кроме спагетти в меню соревнования могут быть еще неизвестные ей блюда.

    Когда оставшиеся шесть участников увидели опустевшее место девушки, еще четверо из них заявили, что добровольно выбывают из соревнования.

    «… и их осталось двое!» — безработный водитель Раппопорт и студент Розенталь. Однако, после котлет и Раппопорт вынужден был покинуть соревнование – его стошнило прямо за столом, едва он успел развернуть салфетку, специально приготовленную для этой цели.

    В финал вышел Итамар Розенталь. Однако даже теперь он не торопился и размеренно доедал свою порцию. Несмотря на то, что его последний противник уже выбыл из соревнования, на счету у Раппопорта было 14 баллов, а у Розенталя – только 12. В течение пяти минут Итамар Розенталь доел еще две порции и заработал победные три балла. Он победил.  К Итамару подошел врач и проверил пульс и давление. На удивление, пульс студента бился совершенно спокойно. И зал взорвался «долгими, переходящими в овации» аплодисментами. Люди поздравляли Итамара, других участников и организаторов, сверкали молнии фотовспышек.

    food_winner500-e1550390941151

    чемпион

    Единственным, кто сохранял полное спокойствие, был… победитель. Итамар Розенталь. Когда страсти немного улеглись, к победителю подошел комментатор Исраэль Голдстоун и с улыбкой спросил: «Не желает ли чемпион чего-либо?»

    — я бы не отказался от тарелки супа, — ответил Итамар.

    Удивленный Шломо Адир распорядился и победителю вынесли тарелку фруктового супа. «Ничего вкуснее я не ел давно!» — сказал Итамар, расправившись и с этой порцией.

    Видя, что Розенталь чувствует себя довольно хорошо, организаторы попросили его поделиться секретом победы. И Итамар рассказал, что последние несколько дней старался есть часто, но не много, а в день соревнования, за несколько часов до начала, отправился на море и около часа купался, несмотря на холодную и дождливую погоду. Ну и, конечно, знания, полученные в университете, тоже помогли. Итамар знал, что на пустой желудок нельзя есть быстро. Поэтому ел неспешно, тщательно пережевывая пищу.

    «Честно говоря, домой я вернулся слегка голодным», — рассказал Итамар корреспонденту «Этого мира» на следующий день.

    Так прошли эти необычные соревнования. Видимо с тех пор еда и стала национальным израильским спортом.

  • Отпусти народ мой!

    Было это несколько лет назад. В пасхальный вечер 2015-го года. При всей моей любви к тому, что я делаю, у моей работы есть и минусы. Вот и тогда, в то время, когда моя семья и друзья уже сидели за праздничным столом, разливая вино, я лишь возвращался к парковке, где стояла моя машина после долгой экскурсии.  А еще нужно было доехать из Тель-Авива в Кфар-Саву…

    Я шел узкими пустынными улицами Неве Цедека.  В домах светились окна, из которых доносились радостные возгласы людей, но на улице я был совершенно один. В тишине гулко раздавались мои шаги, хотелось бежать, но я устал за день и шел не спеша.  В добавок ко всему я еще нес свою гитару и опять ругал себя за то, что никак не куплю для нее чехол, или, хотя-бы ремень. 

    На улицах было совсем темно. Неве Цедек не очень освещается и в обычное время в этом есть своя прелесть. Но сейчас, когда все сидели в ярко освещенных комнатах, а я шел в одиночестве, мне тоже хотелось света.   А белым вокруг были только луна и моя гитара.

    И вдруг, на улице Ахва, из-за поворота мне навстречу выходит группа молодых ребят. Человек 6-7, на вид им лет по 20-25.  Американские туристы, которые заблудились, как выяснилось из их вопросов. Я показал им дорогу, мы поздравили друг друга с праздником, и я уже было продолжил свой путь к машине, как одна из девушек окликнула меня. 

    — можно твою гитару? – спросила она, — на одну песню?

    Ребята были слегка выпившими, у них было хорошее настроение и я не возражал. Все равно я уже безнадежно опоздал и еще пять-десять минут ничего не изменят.

    Девушка взяла мою гитару и присела на капот стоящей на обочине машины. Она совсем неплохо спела какой-то приятный блюз, потом еще какую-то незнакомую мне песню, которую подхватили ее друзья.  И уже практически отдавая мне гитару, она что-то вспомнила. И прикрыв глаза, она запела…. «шлах на эта ми…»  שלך נא את עמי

    Именно так, на иврите. С сильным американским акцентом, безнадежно коверкая слова, но кто слышал те слова.  Она пела долго. Я и не подозревал, что в ивритском варианте есть столько куплетов. Когда она замолчала, через пару секунд из окна второго этажа прямо над нами раздались аплодисменты. И улыбающийся мужчина, высунувшись из этого окна практически до пояса, позвал нас всех подняться к нему домой. «И для моей машины, на которой вы сидите, так тоже будет лучше!» — сказал он. Ребята начали его благодарить, но он, перейдя на английский, настойчиво звал их к себе. Они согласились, а я, объяснив, что меня ждут дома, продолжил свой путь и уже через полчаса сидел за столом со своими близкими, одну за одной, поглощая штрафные и пропущенные блюда.

    «Отпусти народ мой!» — так называется эта песня, в которой описываются события из ветхозаветной книги Исход 8:1: «И сказал Господь Моисею: пойди к фараону и скажи ему: так говорит Господь:отпусти народ Мой, чтобы он совершил Мне служение». Именно этими словами послал Б..г  Моисея добиться исхода израильтян из египетского плена. 

    Сегодня трудно сказать, кто именно является автором этого негритянского спиричуэла. Первые упоминания об этой песне относятся к 1862-му году, когда она под названием «Гимн контрабандистов» становится настоящим гимном беглых рабов в лагере северян во время Гражданской войны Севера и Юга. Согласен – трудно уловить связь между контрабандистами и Исходом евреев из Египта. Но «contrabannum” – против запрещения (лат). И в те годы контрабандистами называли беглых рабов и просто жителей Юга, перешедших на сторону Севера.

    В 1872-м году негритянский вокальный коллектив FISKJUBILEESINGER опубликовал эту песню под названием «Go Down Moses», правда в том варианте было более 20 куплетов.  То есть песня вполне могла заменить собой целый концерт. Поэтому особой популярностью она не пользовалась именно потому, что была слишком длинной. 

    Первым эту песню до современного варианта сократил великий американский бас Поль Робсон. В 1934-м году Поль Робсон исполнял «GoDownMoses» во время своих гастролей в СССР. Кстати, с конца 40-х годов постоянным аккомпаниатором Поля Робсона был Бруно Райкин – двоюродный брат Аркадия Райкина. Но дело, конечно не в этом. Именно исполнение Поля Робсона, с его громоподобным басом, прославили эту песню.

    Поль Робсон  — Godown, Moses

    Но еще большим популяризатором этой песни стал, конечно, Луи Армсторнг.

    В его исполнении «Отпусти народ мой» разошлась по всему миру.

    Луи Армстронг исполняет «Отпусти народ мой» там, где это все происходило — в Египте

    Сегодня ее исполняют во всем мире. От Александра Буйнова в сопровождении оркестра МВД России до хора тайваньского университета. И, конечно, ее поют и в Израиле, в той самой стране, о которой мечтали те, о ком поется в этой песне,

    И тут, наконец, уместно послушать эту песню на языке народа Израиля:

    И одно из самых неожиданных исполнений:

    А также современная трактовка:

    И еще несколько исполнений:

    особенно умиляет последнее исполнение…

    Но существует еще одно необычное исполнение этой великой песни. К сожалению, мне так и не удалось найти ни одной записи этого исполнения. А исполнители, как мне рассказали, были упрятаны в застенки КГБ на долгие годы. Но!!!  Обо всем по порядку.

    4 октября 1948 года, в московской хоральной синагоге отмечалось празднование еврейского Нового года (Рош а-Шона). По такому знаменательному случаю туда прибыли израильские дипломаты во главе с первым послом молодого государства Израиль – Голдой Меир. Совершенно неожиданно этот визит перерос в массовую демонстрацию еврейского народа.  Демонстрация!! 1948-й год, Сталин еще жив и правит твердой рукой. Но евреи СССР не убоялись владыки, как когда-то, тысячи лет назад не убоялись фараона. Израильского посланника встречали как новоявленного мессию, некоторые люди в экстазе даже целовали край одежды Меир. Как потом писал в своих отчетах КГБ, там собралось более десяти тысяч евреев (10 000). Всем им не хватало места в синагоге, и они вышли на улицу. В самом центре, окруженная плотным кольцом советских евреев находилась Голда Меир.  И неожиданно кто-то из присутствующих запел: «Let’sMyPeopleGo” – «Отпусти мой народ». На небольшой площади перед хоральной синагогой воцарилась тишина. Кто-то замолк от страха (были и такие), кто-то – от восторга… Но к одинокому голосу присоединился еще один и еще один, и еще один. И под аккомпанемент милицейских свистков евреи Москвы скинули со своих плеч тысячелетний страх и во весь голос пели, нет, требовали – «Отпусти мой народ!»

    Чрезвычайный и полномочный посол государства Израиль госпожа Голда Моисеевна Меир вручает верительные грамоты в МИДе СССР

    Многие из них потом попали в тюрьмы. Кто-то умер. К сожалению, не все из присутствовавших на том спонтанном митинге смогли потом опознать себя на израильской купюре в 10 шекелей. И эта купюра, ласково именуемая в народе «голда» по сути своей является нонсенсом – на израильской купюре фотография… Москвы! Точнее, фотография той самой демонстрации 4-го октября 1948-го года у московской хоральной синагоги, демонстрации, вошедшей в историю под названием «Отпусти народ мой!»

    в шляпке в центре — Голда Меир

    «голда» — купюра в 10 новых израильских шекелей

    Originally published at …я живу в Тель-Авиве. You can comment here or there.

  • Хочешь питу из Яффо? продолжение-2

    Часть 3
    День третий

    Третий день атаки, 27-е апреля 1948-го года, так же был начат с артподготовки. Минометы, которых теперь было не два, а восемь, вели прицельный огонь с 7 утра. К 9 утра разведчики заметили некоторое оживление на стороне противника – арабские отряды готовились к атаке. Но прошел час, потом еще и еще, а атаки все не было.  После полудня и минометы снизили интенсивность обстрела, словно показывая противнику, что делают это скорее по инерции.  Противник успокоился и уже не ждал атаки. И в 15 часов бойцы ЭЦЕЛЬ поднялись в бой, и начали пробиваться сквозь здания, применяя тактику «Гиди». Бой длился всю ночь, и новая тактика принесла свои результаты – к 7 утра 28-го апреля солдаты вышли к берегу моря, отрезав Маньшию от Яффо.  Сразу же начались обыски в домах Маньшии. Всех вооруженных людей задерживали, оружие конфисковали. Всего было взято в плен около 50 человек, которых арестовали с оружием в руках. Всех их препроводили в специально подготовленное здание в квартале Керем Тайманим – в здании были установлены решетки и металлические двери. Через две недели, с созданием ЦАХАЛя (Армии Обороны Израиля) всех военнопленных перевели в специально созданный для этого лагерь. 
    А бои тем временем продолжались. После короткой перестрелки, несмотря на поддержку британцев, была захвачена мечеть Хасан Бек. Бойцы ЭЦЕЛЬ сразу же получили приказ командования – мечеть не трогать. Но на верхушке минарета все-таки был повешен еврейский флаг. (далее…)

  • Хочешь питу из Яффо? продолжение

    Часть 2.
    Первый день.

    Ровно в 9 утра Альтшуллер неспешно опустил расстегнул ремешок наручных часов, и опустил их в карман брюк.
    — Огонь! – раздалась его команда. Альтшуллер был похож в этот момент на Наполеона, словно за ним стоял целый полк крупнокалиберных пушек, а не два 3-дюймовых миномета! Первые мины улетели в сторону мечети Хасан Бек. Никакой точной наводки не было, просто минарет этой мечети был виден из любой точки. И, конечно, это очень разозлило арабских жителей Маньшии и Яффо. Уже потом говорили, что тот первый залп по мечети был единоличным решением самого Альтшуллера, но кто это может сегодня проверить.
    После часа артобстрела, две роты Эцель выдвинулись из школы «Альянс». Рота под командованием Элиягу Каца «Эли» двинулась вдоль улицы Зераха Барнета, а рота под командованием Элиягу Темлера «Иешуа» двинулась в южном направлении, вдоль улицы Ешиват Виложни, к железнодорожной станции. Каждая из рот была укомплектована тремя взводами, состоящими из трех отделений по 6 человек каждый.Солдаты двигались перебежками, когда один двигается, а остальные прикрывают огнем. (далее…)

  • Хочешь питу из Яффо?

    «Тель-Авив минус Яффо»
    Часть 1

    Мой любимый город Тель-Авив… Веселый, бурлящий, жизнерадостный. Но Тель-Авив не всегда был таким.  До провозглашения государства Израиль, жизнь жителей этого «неспящего» города была больше похожа на современный образ жизни жителей некоторых еврейских поселений Иудеи и Самарии. Трудно поверить, но в период с ноября 1947-го по конец 1948-го даже элементарная поездка из Тель-Авива в Холон на пассажирском автобусе была достаточно опасным предприятием. Такие автобусы часто сопровождались эскортом бронированных автомобилей. В основном нападения на евреев осуществлялись арабскими жителями Яффо.
    Яффо. Это сегодня Яффо – часть Тель-Авива. «Тель-Авив минус Яффо» шутят старожилы города, имея в виду официальное название города — Тель-Авив – Яффо. Но так было не всегда.  По плану ООН от 29-го ноября 1947-го года о создании двух государств – еврейского и арабского – Яффо должен был стать арабским городом в черте еврейского государства. Ну а как же иначе, если в 1947-м году в городе проживало 85 тысяч арабов и около 10 тысяч евреев и христиан неарабского происхождения – армян, греков, русских и тд. (далее…)

  • Памятник турецким пилотам

    Если ехать по 92-й дороге восточнее озера Кинерет, недалеко от поворота на кибуц Ха-Он есть указатель с очень необычной надписью – «Памятник турецким пилотам».  Турецкие пилоты? В Израиле? Памятник?   Да, все именно так, и это действительно памятник с очень необычной историей. И началась эта история давно и очень далеко.

    (далее…)

  • Папа Чебурашки.

    33 года – знаковая цифра. 33 года сидел на печи русский парень Илюша из города Мурома, 33 года прожил еврейский парень Иешуа из Назарета. 33 года прожили вместе старик со старухою, пока не поймал он золотую рыбку…
    33 года простояла у старого здания тель-авивского муниципалитета мозаика-фонтан Нахума Гутмана «Рождение Тель-Авива».  Стояла себе, водой брызгала, и вдруг исчезла.  Исчезла, чтобы после долгих перипетий и хитросплетений обстоятельств и решений,  снова появиться, но уже на новом месте – на бульваре Ротшильда. Зажатая между скребущими песчаные тучи высотками, она стоит сегодня там, в небольшом закутке, между домом 1 и 5 на самом первом бульваре города, где когда-то стоял дом тель-авивской художницы Ционы Таджер. То есть, фактически, бульвар Ротшильда начинается с мозаики Гутмана. (далее…)

  • Подпишитесь здесь, пожалуйста!

    Утро, 13-го мая 1948-го года для графика Отто Валиша выдалось напряженным, но интересным.   Он понимал, что страна на пороге важного события. Только что закончилась пресс-конференция, посвященная созданию первых почтовых марок будущего государства. Споры там доходили до криков. Отто даже слегка сорвал голос, защищая свои проекты, но в душе он все равно слегка посмеивался – марки будущей страны обсуждаем, а как она будет называться – никто не знает.

    У дверей своей мастерской на улице Нахалат Беньямин, онеще издали  заметил молодого человека, нервно переминающегося с ноги на ногу. Молодой человек то смотрел на уличные часы, висевшие на доме Девиса, то снова дергал за ручку запертой двери.

    — я могу Вам чем-то помочь? – спросил Отто юношу.

    (далее…)

  • Парадоксы

    О том, что Израиль — страна парадоксов, повторено множество раз.  Но тема эта актуальна, и мне хочется добавить в список парадоксов немного "отсебятины".

    (далее…)