Ко мне попала книга, которая мне не нужна и я с удовольствием ее продам-поменяю.
Beeton's Bible Dictionary 1878го года. Издательство Ward Lock and Tyler. London

 …он сидел на скамейке под тенистым деревом на улице Иегуда Халеви.
Может я бы и не обратил на него внимание, если бы не пластинка. Да, да – виниловая пластинка, символ ностальгических 70-х. На изрядно потрепанном конверте большими буквами было написано: «Хава Альберштейн поет на идиш». На иврите, кстати, было написано.
            А у меня был насморк. Обычный сезонный насморк, знаете, который часто случается при переключении кондиционеров с зимнего режима на летний.
Из носа текло так…  хотя не об этом разговор. Но текло сильно. И никаких салфеток не хватало. Поэтому я заходил в любое кафе по дороге и нагло брал там пачку салфеток. С такой пачкой я мог дойти до… следующего кафе. Именно так случилось и тогда. Я шел по улице, утирая одной рукой нос, а во второй была пачка салфеток.
— Молодой человек, Вы бы не могли дать мне одну салфетку? – обратился он ко мне, как раз, когда я на ходу закончил читать надпись на пластинке.
— Пожалуйста, — я протянул ему несколько салфеток.
Он взял только одну, развернул ее, словно желая убедиться, что я не успел ею воспользоваться, затем сложил ее еще дважды и начал тщательно вытирать свои черные туфли.
А туфли его блестели как свежесколотый антрацит.

• любишь Хаву или песни на идиш? – спросил я его.
• Я не знаю идиш, — грустно ответил он.

И тут я удивился. Передо мной на скамеечке сидел очень пожилой человек, лет 70, а может и 80…  Совершенно белые волосы, светлая кожа, тщательно выбрит. Я видел, что он явно ашкенази. Ашкеназский еврей таких лет и не знает идиш? Это уже само по себе было удивительным.

• а ты знаешь? – спросил меня старик.
• Знаю, — ответил я – не очень хорошо, скорее даже плохо, но знаю.

Я почувствовал, что старик не прочь поговорить, а я никуда не торопился. И насморк неожиданно прошел, как по волшебству. И я присел рядом. Спросив разрешения, я закурил трубку.

• я уже давно не курю, — сказал старик, втянув немного дыма. Я молча выжидал…  Я знал, чего жду!

… я родился в Тель-Авиве в 1929-м. Родители мои из Салоник, — он начал рассказывать, словно говорил сам с собой, не глядя на меня.
В Салониках на идише говорили только банкиры. И ювелиры. А здесь, в Тель-Авиве, мы жили в квартале Макаби (сегодня это квартал Флорентин).  Там говорили на греческом, на болгарском, на турецком, на фарси…  Только на идише не говорили. Тогда – не говорили. Вот я и не знаю идиш. А сейчас все бы отдал, чтобы выучить несколько фраз, да уже голова не та.. не запоминает.
Пластинка? Понимаешь, я уже стар. Жена умерла. Сын погиб. Есть у меня дочь, но она живет в Австралии.  Лететь туда очень далеко… Ты знаешь – где эта Австралия?  Так вот. Я стар и я один. Но у меня есть подруга.  Не смейся – это же не зависит от возраста.
Она из Польши. Из этих…  ну, ты знаешь… у нее номер на руке. И она тоже одна. Сегодня у нее день рождения. Я купил ей эту пластинку, потому что она очень любит песни на идиш. Целый день может слушать. Сейчас мало кто слушает такие пластинки – сегодня другая музыка.
Мне тоже нравится. Я в магазине слушал, но слов не понимаю. И мальчики в магазине не понимают. А я хочу ей приятный подарок сделать…

Я перевел ему, о чем были эти песни. О еврейской маме, о еврейском местечке. О том, чего уже нет. И еще о памяти.  Потому что скоро совсем не останется таких трогательных стариков. Хорошо бы нам сохранить память!

  Во время экскурсий меня часто спрашивают — почему некоторые здания в Тель-Авиве так ужасно выглядят?
Сердые болит и у меня тоже. А любопытные продолжают: "..  ТАМА38*, это же бесплатно, это ничего не стоит жильцам. Почему не ремонтируют дома?"
В 2005-м году Министерство Строительства Израиля выбрало дом, который должен был стать "пионером" ТАМА 38.  Этим домом стал 56-квартирный дом номер 23 на улице Нафтали в Иерусалиме. Трехэтажный дом(с нулевым этажем) постройки 60-х годов, с маленькими 3-х комнатными квартирами площадью 57 кв. метров.

Дом 23 на улице Нафтали.
Проект предусматривал строительство еще одного этажа, лифта, подземной стоянки и, самое главное, увеличение площади КАЖДОЙ квартиры примерно на 70%.  Кроме это этого проект предусматривал строительство двух балконов и МАМАДов (защищеной комнаты) в каждой квартире.
Стоимость строительства для жильцов — 0 (ноль) шекелей. При этом строительство должно было вестись в "щядящем" режиме — так большинство жильцов этого дома это малообеспеченные семьи, то они не могут оплачивать аренду другой квартиры на время строительных работ. Поэтому проект был разработан таким образом, чтобы причинить минимум неудобств жильцам.
Что требовалось от жильцов? Собрать подписи под договором о согласии на проведение строительных работ!!!  Две трети согласных жильцов! И все!!!!  Просто подписать бумагу, что жилец согласен на эти изменения. И ни шекеля больше!
Как вы думаете — жильцы дома 23 на иерусалимской улице Нафтали уже пользуются лифтом и подземной стоянкой? Уже пьют кофе на балконе? Спят спокойно по ночам в МАМАДе?
НЕТ!!!   Они так и не смогли договориться между собой и собрать 66% подписей.

А это проект, который так и не стал явью

Я слушал доводы тех, кто был против и понял…   Не важно, что тебе не будет хорошо — главное, чтобы плохо было другому!
Вот поэтому там много ужасных зданий…не только в Тель-Авиве.

* ТАМА 38 — Стандарт № 413, регламентирующий устойчивость инженерных сооружений к землетрясениям, вступил в силу в конце 1978 года, и, в связи с этим, правомочность консолидированного в 2005 году Государственного (Национального) генерального плана № 38 (в ивр. аббревиатуре – ТАМА 38), была распространена только на здания, строительная лицензия на которые была выдана до 01/01/1980 г. Перед стандартом ставилась цель сохранения сооружением статического состояния, при котором оно, несмотря на возможные повреждения в случае землетрясения, всё-таки, не обрушится, тем самым предотвратив человеческие жертвы. Наряду с этим, программа предусматривает предоставление значительных налоговых облегчений и льгот с тем, чтобы создать стимул для укрепления зданий в соответствии со стандартом.

День такой сегодня — много новосткй. Я даже задумался — в каком порядке их разместить? Наверно. по значимости "шутников"!
Перефразируюя старый анекдот: Бог не думает, что он GOOGLE!"
Итак, первая новость-шутка: GOOGLE заявил о закрытии видеосервиса YOUTUBE!
Вторая новость — в Москве идет снег.
Если уж речь зашла о Москве — с сегоднящнего дн в Москве запрещается выход на линию машин такси, не оборудованных системой Глонас (это у них аналог GPS, только намного хуже)
И еще одна новость, недалеко от Москвы — в Жуковском мыром может стать….  Паук!   Сергей Троицкий, по прозвищу "Паук", лидер группы "Коррозия металла" уже делает свои первые заявления.   Он знал — 1-е апреля!!!
А у нас….    тишь и благодать! Хамсин засыпал песком остатки юмора

"Вот так всегда: ходишь, ходишь в школу, а потом — бац! — и вторая смена." (Из кинофильма "Большая перемена")
Вот именно — ходишь, ходишь, а потом — бац! — и поломанная нога!  И тут начинаются "пикантерии"*
Мы, двуногоходящие, практически не знаем сложности тех, кто на двух ногах ходить не может. Временно ли, или постоянно (к сожалению), но такие люди существуют. Мы их видим, иногда сочувствуем, но не очень понимаем….
Это не первый перелом моих костей. В юности их было много.. Но это было в юности и в другой стране.
Итак, мои первые впечатления.
Еще до больницы, первые часы…   я пока не знаю, что нога сломана и хожу очень, сильно хромая. Водитель автобуса, на который я хотел подняться, не стал дожидаться, пока я до него допрыгаю и уехал. Пришлось идти пешком.
Владелец киоска возле моей работы, видя, как я иду, подвалакивая ногу, предложил мешок со льдом — приложить к ноге.
Больница "Меир", Кфар-Саба. Приемное отделение. Узкий коридор. Пока я дожидался своей очереди, меня несколько раз толкнули (я уже сидел в кресле на колесах), причем больную ногу задели дважды именно несущиеся сломя голову санитары. Больно было… очень. Очередь даже не возмутилась, получив бесплатно урок "непечатного" русского языка.
Управлять креслом на колесах тоже, оказывается, не так просто. Тебе надо ехать в одну сторону, но у этой "тачанки" свои планы. Персонал больницы, наблюдая за моими потугами, улыбался, но помощи не предложил. Хорошо, что пришла жена…
Рентген!  Нужно встать с коляски и лечь на стол аппарата. С поломанной ногой это не просто, но помощи я так и не дождался.
Гипс.  Я спрашиваю девушку — а как быть с брюками? Может есть какие-то халаты? (Мне уже понятно, что после наложения гипса, брюки снять будет невозможно). Девушка с улыбкой отвечает: " Или пойдешь домой в трусах или порежешь дома брюки! Других вариантов нет!"
После гипса меня снова отправляют на рентген. Теперь уже известно, что нога сломана и я не притворяюсь.
Помощи никакой…  Я на одной ноге вкарабкиваюсь на стол аппарата.
Наконец меня отпускают домой. Никаких вспомогательных стредств — костыли или палочки — больница не дает. Информации по поводу того, где это можно купить, арендовать и тд — тоже нет. И это в отделении ортопедии. Я понимаю, что таких как я, у них в день не меньше сотни…  Но ведь нам всем, всей этой сотне — болит.
Наконец, я на улице…  Сижу в кресле, жду жену, которая пошла пригнать машину. Прямо передо мной останавливается машина, из нее выходит женщина средних лет. Я объясняю ей, показывая на свежий гипс, что жду машину. Жду здесь, потому, что в других местах есть бардюр и мне на кресле к машине не подьехать.
Женщина смотрит на меня… и гордо уходит, взвизгнув сигнализацией своего автомобиля.
Когда подъезжает жена, мне приходится на одной ноге скакать до машины…
Первые выводы: надо быть добрее, господа!
* пикантерии — так на иврите называют пикантные мелочи, изюминки

Как вы думаете – что необходимо для начала строительства кинотеатра? Деньги? Правильно. Земля? Правильно. Но прежде всего необходимы бумаги – разрешения, справки, договоры и т.д. и т.п.  Причем этих т.д. и т,п. зачастую настолько много, что строительство может закончиться, так и не начавшись.
Через несколько дней после того первого разговора Меир Дизенгоф пригласил Моше Абарбанеля к себе домой на ужин. Но это не был «чай вдвоем» — у Дизенгофа были еще гости.  Акива Арье Вайс и Мордехай Вайсер, основатели Тель-Авива, члены городского (на самом деле пока еще поселкового) совета, тоже сидели у самовара. Вайс заговорил первым. (далее…)

Так получилось, что у меня теперь много свободного времени.   Пока что я пытаюсь этим наслаждаться, благо боли не сильно меня донимают. Среди прочего, я, наконец то, пытаюсь навести порядок в своих записках на салфетках. Те, кто знаком со мной поближе, знают, что это не только название моего блога, но и действительно моя странность — я люблю писать записывать свои впечатления чернильной ручкой на салфетках.  На салфетках, потому что пишу обычно в кафе. И вот "расшифровка" очередной салфетки.
Рим, небольшое кафе "Tazza e cucchiaio" на улице Санта Джованна де Арко, в нескольких шагах от Пьяца Навона. Дождь.
В кафе с десяток столиков, большинство из них пустуют. Не очень молодой официант кругами обходит пустые столики, смахивая несуществующие крошки. Из динамиков звучит "Лакримоза"..  И я в очередной раз удивляюсь итальянцам, "Лакримоза" в кафе?!
Неожиданно я обращаю внимание на то, что "ожившие" посетители смотрят куда-то вглубь, у меня за спиной. И я тоже оборачиваюсь. Возле одного из столиков на коленях стоит молодой человек и протягивает сидящей за столом девушке бархатную коробочку.
Вот что бы вы не говорили, а я уверен, что итальянцы и израильтяне очень похожи!  Предлагать руку и сердце под такую мелодию — это нужно быть большим оригиналом!
Кофе я там тоже пил — весьма приличный и точно без "амстердамских" добавок.

Недавно на просторах интернета мне попалась заметка о кинотеатре «Эден»  (Рай) – первом тель-авивском кинотеатре. Ох, как меня удивила эта заметка. Киномехаником в ней описывался человек, который умер за год до открытия кинотеатра, 20-летние школьники там пишут письмо турецкому губернатору с угрозами – и губернатор их слушается. Внук-киномеханик старше своего дедушки-владельца кинотеатра на 16 лет…   короче заметка изобиловала неточностями.  И читая ее, я вспомнил, что при всей моей любви к тель-авивской истории, подробного рассказа о самом первом кинотеатре города у меня нигде нет. На своих экскурсиях я, конечно, рассказываю его историю, но ведь на моих экскурсиях бывают не все те, кому может быть интересна эта история. Так что, импульс получен и вот она – история кинотеатра «Эден».
Но сначала небольшой пролог о том, как я собирался рассказать эту необыкновенную историю и необыкновенными участниками. Несколько лет назад я встречался с удивительным человеком – Одедом Абарбанелем. Его внучка проходила срочную службу на той же военной базе ВВС, где и мой сын. Нашлись общие знакомые, которые и помогли мне с ним встретиться. Мне очень хотелось узнать подробнее про угон самолета, которым командовал Одед. Да и просто познакомиться с легендарным пилотом, выпускником самого первого курса летчиков ВВС Израиля было не менее интересно. А дальше?

Начинаю оценивать плюсы сложившейся ситуации.
Вот, к примеру, смотрю прямой репортаж о визите Обамы в Израиль. Вынужден признать, что улыбка у него весьма убедительная.
Вечный Перес рядом вовсе не смотрится стариком.  Кстати — Перес пожимал руку всем американским президентам, начиная с Трумена.
Еще плюс — наконец посмотрю все скаченные фильмы.
Ну и еще плюс — у меня интернет 24 часа в сутки. (Кто не в курсе — у меня на работе интернета нет!)
А еще очень приятно, когда за тобой ухаживают:)