Город чудаков

Суббота, жарко. За 30, причем очень далеко «за». Под площадью Дизенгоф в тени отдыхает живописная группа — две собаки и четыре бомжа.
Начиная экскурсию, я выбираю такую точку в тени, откуда не видно эту группу и наивно обьясняю туристам, почему мы стоим именно тут. Туристы не удивляются — бомжей трудно не заметить.
Спустя три часа экскурсия заканчивается на том же месте — на площади Дизенгоф. И тогда, дождавшись, пока туристы разойдутся и я останусь один, один из бомжей подходит ко мне.
— я прошу прощения, коллега, — обращается он ко мне, — но Вы допустили небольшую ошибку в своем рассказе.
— какую ошибку? — потрясен я.
— Ласло Мохой-Надь был более известен как поэт и журналист, чем художник. И в школе «Баухауз» он преподавал поэзию и фотоискусство.

Дальнейшая беседа была интересна только нам. Но про себя я отметил его деликатность — он знал, что… пахнет не очень приятно. Поэтому держался на некоторой дистанции.
Но это уже совсем другая история. Вот такие у нас бомжи в Тель-Авиве